'

А.Аверченко и «короли смеха» из группы «Сатирикона»

Понравилась презентация – покажи это...





Слайд 0

А.Аверченко и «короли смеха» из группы «Сатирикона» АРКАДИЙ ТИМОФЕЕВИЧ АВЕРЧЕНКО (1881 — 1925) Писательская звезда Аверченко взошла стремительно. В 1905 г. пи еще безвестный служащий в Харькове, а три года спустя — редактор и ведущий автор популярнейшего в России юмористического журнала «Сатирикон». С 1910 г. один за другим выходят сборники веселых аверченковских рассказов, иные из них, менее чем за десятилетие, успевают выдержать до двадцати изданий. Театр широко отворяет двери его скетчам и юмористическим пьесам. К его выступлениям прислушивается либеральная печать, его острых, написанных на злобу дня фельетонов побаивается печать правая. Такое быстрое признание невозможно объяснить только литературным талантом Аверченко. Нет, в самой русской действительности 1907—1917 гг. имелись все предпосылки для того, чтобы его остроумный, зачастую беззлобный, а иногда и «сытый» смех вызвал восторженный прием у широких крути тогдашней читающей публики.


Слайд 1

Первая русская революция Первая русская революция вызвала небывалый доселе спрос на обличительную и сатирическую литературу. Именно в 1905—1907 гг. появляются десятки журналов и еженедельных листков и в их числе харьковские «Молот» и «Меч», где ведущим (а подчас и единственным) автором является Аверченко. Оба недолговечных журнальчика и были для него единственной практической школой «писательства». В 1907 г. Аверченко, полный смутных планов и надежд, отправляется «завоевывать» Петербург.


Слайд 2

Журнал «Сатирикон» В столице ему пришлось начинать сотрудничество во второстепенных изданиях, в том числе в плохоньком, терявшем подписчиков журнальчике М. Г. Корнфельда «Стрекоза». В 1908 г. группа молодых сотрудников «Стрекозы» решила издавать принципиально новый журнал юмора и сатиры. В «Сатириконе», а также продолжавшем его фактически с 1913 г. «Новом Сатириконе» сотрудничали художники И. Билибин, М. Добужинский, А. Бенуа, Д. Митрохин, Натан Альтман. На страницах журнала выступили мастера юмористического рассказа — Тэффи поэты — Саша Черный, С. Городецкий, позднее — О. Мандельштам и молодой В. Маяковский. Из ведущих писателей той поры в «Сатириконе» печатались А. Куприн, Л. Андреев и приобретающие известность А. Толстой, А. Грин. Но «гвоздем» каждого номера были произведения Аверченко, который устраивал на страницах «Сатирикона» веселый карнавал масок. Под псевдонимом Медуза Горгона, Фальста, Фома Опискин он выступал с передовицами и злободневными фельетонами. Волк (тот же Аверченко) давал юмористическую «мелочь». Аvе (он же) писал о театрах, вернисажах, музыкальных вечерах и остроумно вел «Почтовый ящик». И лишь рассказы он подписывал своей фамилией.


Слайд 3

Мастер юмористического рассказа Короткий, «выстреливающий» юмором рассказ — таков жанр, где Аверченко достигал высот подлинного словесного искусства. Глубоким политическим сатириком, «заступником народным» он, конечно, не был. Многочисленные его журнальные фельетоны — это, как правило, фельетоны-однодневки. Но среди рассказов редкими искрами проблескивают и сатирические произведения: «История болезни Иванова», «Виктор Поликарпович», «Робинзоны» и др., где зло высмеивается страх обывателя, взяточничество чиновников и эпидемия шпионажа и политического сыска. Быт города — вот главный «герой» Аверченко. И не просто города, а города-гиганта. В Петербурге-Петрограде стократ убыстрен самый ритм, бег бытия: «Кажется, будто позавчера повстречался на Невском со знакомым господином. А он за это время или уже Европу успел объехать и женился на вдове из Иркутска, или полгода как застрелился, или уже десятый месяц сидит в тюрьме» («Черным по белому»). Здесь каждая мелочь, каждая новинка быта становится для Аверченко источником неиссякаемой изобразительности и юмора. По мысли сотрудников, их «Сатирикон» «неустанно старался очищать и развивать вкус среднего русского читателя, привыкшего к полуграмотным распивочным листам». Здесь заслуга «Сатирикона» и Аверченко в самом деле велика. На страницах журнала хлестко высмеивается бездарность, ее дешевые штампы (рассказы «Неизлечимые», «Поэт»), устраивается показательный суд над глупостью.


Слайд 4

Политическая сатира С началом великого кризиса, охватившею старую Россию,— поражения на германском фронте, надвигающаяся разруха и призрак голода — замолк веселый, искрометный смех Аркадия Аверченко. Как личную драму воспринимал он все ухудшающийся петроградский быт, дорожание жизни ( «Индейка с каштаном», «Быт»), «Когда нет быта с его знакомым уютом, с его традициями — скучно жить, холодно жить» — этими словами заканчивается автобиографический рассказ 1917 г. «Быт». Аверченко, приветcтвовавший падение романовской династии выступает против большевиков. Однако новая власть не желает мириться с легальной оппозицией: к лету 1918 г. закрываются все небольшевистские газеты и журналы, в том числе и «Новый Сатирикон». Самому Аверченко грозил арест и доставка в петроградскую ЧК, в знаменитое здание на Гороховой. Из Петрограда он бежит в Москву, а оттуда вместе с Тэффи уезжает и Киев. Начинается «одиссея» странствий с остановкой во врангелевском Крыму. В политическом фельетоне «Приятельское письмо Ленину» Аверченко итожит свои скитания, начиная с памятного 1918 года: «Ты тогда же приказал Урицкому закрыть навсегда мой журнал, а меня доставить на Гороховую. Прости, голубчик, что я за два дня до этой предполагаемой доставки на Гороховую уехал из Петрограда, даже не простившись с тобой, Захлопотался... Я на тебя не сержусь, хотя ты гонял меня по всей стране, как серого зайца: из Киева в Харьков, из Харькова в Ростов, потом Екатеринодар. Новороссийск, Севастополь, Мелитополь, опять Севастополь. Это письмо я пишу тебе из Константинополя, куда прибыл по своим личным делам». В памфлетах и рассказах, написанных в Крыму, Аверченко обращается к белому воинству с призывом приблизить «час ликвидации и расчета» с большевиками.


Слайд 5

«Дюжина ножей в спину революции» В 1921 г. в Париже вышла пятифранковая книжка рассказов Аверченко «Дюжина ножей в спину революции». Название точно отражало смысл и содержание двенадцати рассказов, которым автор предпослал предисловие: «Может быть, прочтя заглавие этой книги, какой-нибудь сердобольный читатель, не разобрав дела, сразу и раскудахчется, как курица: — Ах, ах! Какой бессердечный, жестоковыйный молодой человек этот Аркадий Аверченко!! Взял да и воткнул в спину революции ножик, да и не один, а целых двенадцать! Поступок, что и говорить — жестокий, но давайте любовно и вдумчиво разберемся в нем. Прежде всего спросим себя, положив руку на сердце: — Да есть ли у нас сейчас революция?.. Разве та гниль, глупость, дрянь, копоть и мрак, что происходит сейчас, разве это революция?» Никогда ранее писательский темперамент Аверченко не обретал такой яростной силы и выразительности. Рассказы «Фокус великого кино». «Поэма о голодном человеке», «Трава, примятая сапогом», «Новая русская сказка», «Короли у себя дома» и т. д.— короткие, со стремительно, пружинно раскручивающимся сюжетом и яркостью обличительных характеристик. Завершалась книжка вопросом: «За что они Россию так?..» («Осколки разбитого вдребезги»).


Слайд 6

Книжка вызвала отповедь в советской печати. Разобрав ряд аверченковских рассказов. Н. Мещеряков, например, сделал вывод: «Вот до какой мерзости, до какого «юмора висельника» дошел теперь веселый балагур Аркадий Аверченко». Вместе с тем на страницах «Правды» появилась статья другая, обстоятельно доказывавшая, что в сатире Аверченко есть нечто полезное и для советского читателя. Эту статью, как известно, написал В. И. Ленин. Характеризуя рассказы «озлобленного почти до умопомрачения белогвардейца Аркадия Аверченко», Ленин отмечал: «Интересно наблюдать, как до кипения дошедшая ненависть вызвала и замечательно сильные и замечательно слабые места этой высокоталантливой книжки».


Слайд 7

«Смех сквозь слезы» Да, в «Дюжине ножей...» перед нами предстал «другой Аверченко». Теперь зазвучал тот «смех сквозь слезы», что был столь характерен для отечественной литературы от Гоголя до Чехова, горькая сатира оттеснила добродушный юмор. Сам отъезд за рубеж окрашивается в скорбные тона, о чем поведал с горькой улыбкой писатель в предисловии к книге «Записки простодушного» (1923): Ехать так ехать,— добродушно сказал попугай, которого кошка вытащила из клетки», и добавил: «Отныне я тоже решил «улыбаться на похоронах»...». 12 марта 1925 г. в пражской городской больнице Аверченко скончался от болезни сердца. «Сколько бы ни было недостатков у Аркадия Тимофеевича, — писал Корней Чуковский, — он на тысячу голов выше всех ныне действующих смехачей».


×

HTML:





Ссылка: